Захарий Алексеевич Чепега (Кулиш) (1726–1797). Захарий Чепега (презентация) презентация к уроку по краеведению на тему Чепега захарий алексеевич

Захарий (Харько или Харитон) Алексеевич Чепега (1725 - 14 января 1797, Екатеринодар) - второй (после Сидора Белого) казачий атаман Черноморского казачьего войска, генерал-майор русской армии, активный участник русско-турецких войн второй половины XVIII столетия и переселения Черноморского казачьего войска на Кубань.

Биография

Точная дата и место рождения не известны. Известна версия о происхождении его «из знатного рода Кулишей» . Полагают, что прибыл в Сечь в 1750 году, когда и записался на службу казаком Кисляковского куреня. В 1767 году он возглавлял охрану границы при Перевизской паланке. В Русско-турецкую войну 1768-1774 годов участвовал в походах, партиях, разъездах. Не умел ни читать, ни писать до самой смерти.

На момент ликвидации Сечи в 1775 году занимал должность полковника Протовчанской паланки (укр. Протовчанська паланка). В 1777 году в конвое генерал-поручика князя Прозоровского. 29 января того же года ему пожалован чин капитана армии.

С 1787 года прослеживается покровительство Светлейшего князя Потёмкина. Во время путешествия Екатерины Великой в Тавриду в этом же году Потёмкин представил императрице казацких старшин, в том числе и Чепегу. Бывшие старшины Запорожской Сечи просили императрицу организовать бывших запорожцев в особое войско, на русской военной службе. Такое разрешение императрица дала и было образовано «Войско верных казаков», позднее переименованное в «Черноморское казачье войско».

С началом новой русско-турецкой войны новосозданные казачьи войска (в моменты наибольшего развертывания в них находилось до 10 000 человек) приняли в ней самое активное участие.

объявляю чрез сие всем и каждому… что господин капитан Захарий Чепега, исполнен будучи похвальной ревности и усердия к службе Ея Императорского величества … предъявил желание собрать волонтёров и с оными употреблен быть при армии, моему начальству вверенной. А потому и дозволяю ему набрать охотников из свободных людей…

Жалованье Чепеге было положено 300 рублей в год, что равнялось жалованью и первого атамана - Сидора Белого. К маю 1788 года численность конной команды волонтёров Чепеги приближалась к 300 человек. Занимались они разъездами и охраной границ. 17 июня этого же года в морском сражении под Очаковым был ранен и 19 июня скончался первый войсковой атаман верных казаков Сидор Белый. Его преемником стал Чепега. Хотя сами казаки и избрали атаманом И. Сухину, но уже через несколько дней «народный ставленник» был смещен в пользу Чепеги. Сам Чепега писал А. Головатому 5 июля этого года:

Его Светлость… князь Григорий Александрович Потемкин-Таврический определил меня в войско верных казаков Войсковым Атаманом…

Потёмкин писал об этом же императрице так:

я на место сего почтенного старца [С. Белого] препоручил правление коша секунд-майору Чепеге…

Казаки-черноморцы под командованием Чепеги особо отличились при взятии Очакова, укрепленного острова Березань, Гаджибея, Аккермана, Бендер. В 1790 году казаки показали ни с чем не сравнимое мужество при штурме Измаила.

В эту турецкую кампанию Чепега был один раз тяжело ранен в правое плечо и за неё награждён чином бригадира армии, орденами св. Георгия и св. Владимира, Екатерина II пожаловала атаману «осыпанную дорогими каменьями саблю».

После победного окончания турецкой войны русское правительство приняло решение о переселении черноморских казаков на Кубань, для охраны опустившейся на юг русской границы. Чепега принимал самое активное участие в организации переселения, основании Екатеринодара и куренных селений.

Участвовал Чепега и в подавлении польского восстания 1794 года. За штурм предместья Варшавы - Праги, решившим по сути успех всей компании, был награждён орденом св. Владимира 2-го класса.

Захарий Чепега был крупным помещиком. Имел дачу при урочище Громоклея, на Херсонщине ему принадлежала деревня Любарка с крепостными, которых он обещал отпустить на свободу, но так этого и не сделал; на Кубани Чепега владел «черкесскими кутами и лесами» близ Екатеринодара, огромным хутором на реке Кирпилех (на нём числилось 14 казаков-работников), большим садом и виноградником на Тамани, мельницей на реке Бейсуге и большим домом в Екатеринодаре.

Чтобы пользоваться предварительным просмотром презентаций создайте себе аккаунт (учетную запись) Google и войдите в него: https://accounts.google.com

Подписи к слайдам:

Захарий Чепега

В начале июля 1788 г. Г. А. Потемкин издал указ о назначении нового атамана: «По храбрости и усердию к порядку и по желанию войска верных казаков определяется атаманом кошевым Харитон (то есть Захарий) Чепега. Объявляю о сем всему войску, предписываю надлежащим образом его почитать и повиноваться». В знак уважения фельдмаршал подарил Чепеге дорогую саблю. Сохранилось много документов, в основном военных ордеров и переписки, связанных с Захарием Алексеевичем, но ни на одном из них мы не встретим его автографа: кошевой атаман Черноморского казачьего войска был неграмотен. Подписи на бумагах за него ставил доверенный офицер. Если добавить к этому обстоятельству и тот факт, что родная сестра Чепеги - Дарья была замужем за крепостным крестьянином Кулишом, принадлежавшим помещику Полтавской губернии майору Левенцу, и трое сыновей ее даже в бытность Чепеги атаманом числились «у помянутого помещика в крестьянстве» (впрочем, один из них, Евстафий Кулиш, бежал во время турецкой войны к запорожцам, приобретя там «через разные отличия» чин поручика, затем женился и, не пожелав переселиться на Кубань, остался на жительстве в Херсонском уезде), то истоки родословной Чепеги угадываются легко.

В Сечи он имел репутацию опытного и храброго воина, командовал конницей, участвовал во всех важнейших сражениях. При взятии Измаила А. В. Суворов поручил ему вести на крепость одну из штурмовых колонн. За боевые подвиги Чепега был награжден тремя орденами и получил чин бригадира. Но не только наградами отмечен его ратный путь: вражеские пули не раз настигали запорожца. Впрочем, здесь нам предоставляется возможность дать слово самому герою нашего рассказа: в архиве сохранилось письмо Чепеги войсковому судье Антону Головатому, с которым его связывала искренняя дружба. Это письмо написано 19 июня 1789 г., сразу после жаркого сражения с турками у Бендер, за которое, кстати, черноморцы, выступавшие вместе с донскими и бугскими казаками, удостоились благодарности от М. И. Кутузова. Рассказывая о потерях противника, захваченных турецких знаменах и пленных, Чепега далее пишет: «Наших всех ранено тры да в смерть убыт один человек, лошадей убыто 6 да ранено тры; да и я добувся, пуля пронзила мне правое плечо сквозь и вряд ли скоро вылечуся, очень мне трудно. Горе бедной сироте... и поживкы получить успеть не можем, а только быть тому так, будем терпеть, а Богу молиться, и на его положимся, пусть он будет помощник и заступник, видя нашу справедливость... затем прости, любезной брате, приятелю и товарищу, ибо я, пожелав вам во всех ваших предприятиях благощасливых успехов, с истинным почтением пребываю...»

Чепеге предстояло атаманствовать почти десять лет, и главным событием в его деятельности, с точки зрения и современников и потомков, является, безусловно, основание Екате-ринодара и первых кубанских станиц. Путь на Кубань Чепега с войском и обозом держал сушей, в конце октября 1792 г. он прибыл к реке Ее, где зазимовал в так называемом Ханском городке при Ейской косе. Головатому он сообщал, что осмотром здешних мест остался доволен, земля «способна» для хлебопашества и скотоводства, воды здоровые, а рыбные ловли... «таковых чрезвычайно изобильных и выгодных видеть не случалось и о подобных не слыхано...» Заметим, что богатства нового края были по достоинству оценены не только казаками, которым предстояло пахать и охранять эти земли, но и их керченскими, петербургскими и иными начальниками, большими и малыми. Примечателен в этом отношении такой ордер Чепеги полковнику Савве Белому в Тамань 29 января 1793 г.:«...его превосходительству господину генерал-майору Таврическому губернатору и кавалеру Семену Семеновичу Жегулину нужна красная свежая рыба и свежепросольная икра, а потому рекомендую вашему высокоблагородию приложить старание как можно оной побольше достать и отправить с нарочным как его превосходительству, так и служащим при ему губернскому прокурору капитану Петру Афанасьевичу Пашовкину, секретарю коллежркому протоколисту Данилу Андреевичу Кареву и на всю губернскую канцелярию...»

10 мая 1793 г. Чепега выступил с казаками к реке Кубани для устройства пограничных кордонов, а 9 июня остановился лагерем в Карасунском куте, где «и место сыскал под войсковой град...» В последующие месяцы он ведет настойчивую переписку с Таврическим губернатором, добиваясь утверждения города и присылки землемера, выписывает строителей, назначает городничего... Весной 1794 г. при непосредственном участии атамана была проведена жеребьевка земель под будущие куренные селения и 21 марта составлена ведомость, «где которому куреню назначено место». Но уже в июне 1794 г. Чепега покидает «новостроющийся» войсковой град, отправляясь по приказу Екатерины II с двумя полками в так называемый польский поход. По пути в Петербург его приглашают к царскому столу, и сама государыня угощает старого воина виноградом и персиками. За участие в польском походе казачьего атамана производят в генералы. Это была его последняя военная кампания. Через год после возвращения на Кубань 14 января 1797 г. от старых ран и «колотья легкого» Захарий Чепега скончался в Екатеринода-ре, в своей хате, выстроенной в дубовой роще над Карасуном. Похороны его состоялись 16 января. Траурную колесницу, запряженную шестью вороными лошадьми, сопровождали куренные атаманы и старшины, пешие и конные казаки, стрелявшие из ружей и трехфунтовой войсковой пушки каждый раз, когда п (хщессия останавливалась и священник читал Евангелие. По пути от дома к церкви было сделано двенадцать остановок, и двенадцать залпов гулким эхом прокатились над городом. Впереди гроба, по обычаю, несли крышку с положенными на ней крестообразно двумя саблями - гетманской и царской, дарованными атаману; по сторонам вели двух любимых его верховых лошадей, на подушках из тонкого зеленого сукна несли награды, а перед ними - атаманскую булаву... Чепега был погребен в войсковой крепости «посреди назначенного для соборной войсковой церкви места».

Описание его похорон было составлено войсковым писарем Тимофеем Котляревским для Антона Головатого, находящегося в то время за пределами края, в персидском походе, а копия этого документа осталась в войсковом архиве. Девяносто лет спустя войсковой архивариус Вареник добавил на оборотную сторону листа любопытную запись, в которой сообщал (для будущих поколений?), что 11 июля 1887 г. при рытье рва для фундамента новой церкви на месте деревянного Воскресенского собора, освященного в 1804 г. и разобранного в 1876-м, были отрыты могилы, по атрибутам своим признанные захоронениями Чепеги, Котляревского, войскового протоиерея Романа Порохни, полковника Алексея Высочина, а также некоей женщины, по преданию, жены Головатого Ульяны... Прахи эти перенесены в новые гробы (гроб для Чепеги пожертвовал сам Вареник) и перезахоронены под трапезной строящейся церкви. При церемонии пел войсковой хор и присутствовал наказной атаман Я. Д. Малама... Что еще нам известно о Чепеге? Поскольку старый атаман «умре холост, и следовательно бездетен», историки как-то не интересовались его потомками. Ветвь его рода по линии сестры Дарьи Кулиш затерялась где-то на Украине. Примечательно, что дети его племянника Евстафия, Иван и Ульяна, «присвоили» себе фамилию Чепега и потом претендовали на наследство. Другой племянник Евтихий, сын брата Чепеги Мирона, носил атаманскую фамилию по праву, так как, рано потеряв отца, малолетним был взят Захарием Чепегой и все время находился при нем. Перед смертью атаман, не видевший надобности делать духовное завещание, вызвал Евтихия из хутора, передал ему ключи и «некоторые бумаги» и долго о чем-то говорил наедине... Подполковник Евтихий Чепега внес и свой вклад в историю: в 1804 г. он привез на Кубань из Миргорода знаменитую ризницу и библиотеку Киево-Межигорского монастыря, принадлежавшие Запорожскому войску. Умер Евтихий в 1806 г., в числе имущества, описанного в его доме, были и сабли, принадлежавшие покойному атаману.

Е. Д. Фелицын, опубликовавший в 1888 г. биографическую справку о Захарии Чепеге, утверждал, что одна из них - золотая, пожалованная императрицей, «до сих пор хранится в одной старинной казачьей семье». Портрета Чепеги история не сохранила. По словам П. П. Короленко, записавшего в конце прошлого века много преданий, слышанных от старожилов, он был «низкого роста, с широкими плечами, большим чубом и усами» и вообще представлял собой «тип сурового запорожца». Рассказывают, пришел раз к Чепеге живописец. «Ваше прывосходительство, каже, я з вас изниму партрет». Чепега: «А ты маляр?» Отвича: «Маляр».- Так малюй же богив, а я генирал, меня малювать не треба...»

На здании Кубанского медицинского университета установили памятный знак основателю Екатеринодара Захарию Чепеге. Двести с лишним лет назад на этом месте стоял дом кошевого атамана Черноморского казачьего войска, которому в городе до сих пор не было установлено ни одного памятника или памятного знака. Те, кто хоть немного знаком с историей кубанского казачества, при упоминании о Чепеге вспомнят, что его кормила виноградом Екатерина II, что подарила ему саблю, усыпанную алмазами, что был он неграмотным - письма за него подписывали другие. Но мало кто знает, что именно Захарий Чепега отыскал место, где казаки положили начало Екатеринодару-Краснодару. Он же возглавил высадку черноморских казаков на Таманский полуостров. А первую зиму после получения высочайшей грамоты на освоение здешних земель он вместе с войском провел практически в степи, с большими человеческими потерями. Достоверных изображений кошевого атамана не сохранилось, но доподлинно известно, что Чепега героически сражался в русско-турецкой войне, был любим казаками и при всей своей суровости и строгости во время военных походов, по сути, был доброй души человеком и редко кому отказывал в помощи и защите.

Работу выполнила ученица 8 «А»класса Бичурина Христина

При упоминании о нем многие вспоминают, что его кормила виноградом Екатерина II, что подарила ему саблю, усыпанную алмазами, что был он неграмотен. Но за что и почему оказывалась ему высочайшая честь, этого-то и не припомнят сразу. Как не вспоминают и то, что именно он, кошевой атаман Захарий Чепига, отыскал место и положил начало нашему городу.

Мало чего достоверно мы знаем о нем. Не знаем его настоящей фамилии, даже имя разночитаемо: наряду с привычным Захарий, встречаем имя Харитон. Скорее всего, Захарий Чепига был незнатного происхождения, об этом можно судить хотя бы по тому факту, что его родная сестра Дарья была выдана за крепостного крестьянина. Кошевой атаман Захарий Чепига не владел грамотой, зато имел холодную голову, живую душу, был отважен в бою и тверд при отстаивании козацких прав. Он имел понятие о чести и доблести и был понятнее козакам чем “хытруща пысуля” - Антон Головатый. Такой прямодушный и добросердечный атаман, какого можно назвать”батькой” и нужен был войску верных козаков запорожских, переименованного позже в Черноморское.

Неслучайно имя Харька Чепиги стоит в одном ряду с именами, таких запорожских предводителей, как Афанасий Ковпак. А его неграмотность даже украшала его,- неграмотным был такой славный атаман, как Иван Сирко, не знавший поражений в самых жестоких и неравных сражениях. Была бы голова на плечах, а “письменних”, готовых поставить подпись и написать ордер в войске всегда было предостаточно.

Захарий Алексеевич, видимо, обладал внушительной внешностью и умел достойно держать себя на людях. К сожалению, у нас нет достоверного портрета последнего кошевого атамана Черноморского казачьего войска, не любил Захарий Чепига позировать перед малярами. По поводу внешности атамана З. Чепиги Ф.А.Щербина в первом томе “Истории Кубанского казачьего войска пишет следующее: “История не оставила описания наружности, или портрета этого предводителя казачества, но перед глазами тех, кто вдумывался в жизнь, деятельность и поступки Харька Чепиги, невольно рисуется сильная, приземистая фигура человека, внушительного по корпусу и выдержанного, степенного по приемам обращения, с круглым малорусским гладко выбритым лицом, и крупными, но мягкими очертаниями носа, губ и рта, с серыми ласковыми глазами, с толстыми усами, висевшими вниз, еще с более толстою чуприною и с добродушною улыбкою, как бы всем говорившей: “добре, братики, добре”. Таким и ожил в бронзе З.А. Чепига в 1907 г. среди фигур С.Белого, А. Головатого и Потемкина на памятнике Микешина, правда всего лишь на каких-то 10-12 лет.

Родился З. А. Чепига в 1726 г. на Черниговщине, по данным некоторых историков, в селении Борки. Чепига - это его козачье прозвище, настоящая его фамилия нам неизвестна (приводимую некотрыми краеведами как настоящую фамилию Кулиш, вряд ли можно считать достоверной). Известно, что у него был брат Мирон, видимо, рано умерший, так как сын последнего, и племянник первому,- Евтихий Чепига вырос в Сечи при дяде. Детей у самого З. Чепиги не было, он так и умер холостым, оставаясь верным запорожскому казачьему обету безбрачия.

В реестре казаков Запорожской Сечи за 1756 г. находим Захария Чепигу рядовым казаком Кислякивского куреня. Его карьеру нельзя назвать стремительной и блестящей. В 1768-1774 гг. во время Первой Турецкой войны Захарий Чепига командовал одним из козацких отрядов. На момент разушения Запорожской Сечи (1775 г.) он являлся полковником Протовчанской паланки.

З.А. Чепига не был яркой фигурой, игравшей одну из главных ролей в Запорожском войске и не ему принадлежала идея восстановления упраздненного казачьего войска. 1 июля 1783 г., когда по изданной Г.А. Потемкиным прокламации Антону Головатому поручалось набирать охотников из бывших запорожцев в количестве тысячи человек для подавления восставших татар, З. Чепиге был присвоен секунд-майорский чин. Русской армии необходима была конница, которой так не хватало в войну 1787-1791 гг., а конные казаки, знавшие Очаковские степи, были в большой цене. Так сталось, что Захарию Чепиге - выходцу из казачьих низов, выпала судьба командовать Черноморской конницей, состоявшей из знатных и богатейших запорожских казаков. Обзавевшийся к тому времени землей, хуторами, табунами лошадей и прочим имуществом, Захарий Чепига выражал их интересы. После кончины кошевого Сидора Белого, смертельно раненого под Очаковом, атаманом стал З. Чепига. До сих пор является спорным факт его избрания на раде, по крайней мере, историк В.А. Голобуцкий настаивает на его назначении князем Г.А.Потемкиным и приводит ордер такого содержания: “По храбрости и усердию к порядку и по желанию войска верных казаков определяется атаманом кошевым Харитон (Захарий-В.Г.) Чепига. Объявляя о сем всему войску, предписываю надлежащим образом его почитать и повиноваться”. А немного ниже, полемизируя с кубанским историком П.П. Короленко, утверждавшем об избрании З. Чепиги атаманом на раде, цитирует письмо последнего от 5 июля 1788 г. А. Головатому о том, что Потемкин “определил меня в войско верных козаков Войсковым атаманом”.

Не всегда твердым было его положение на этом высоком посту. В июле 1789 г. посланные к Г. Потемкину казаки из пешей команды просили о его замене. Сам Потемкин оповещал З. Чепигу об этом в письме от 29 июля: “От всего Коша верного войска Черноморского пришло ко мне известие, в котором они, отдавая всю справедливость вашей службе и достоинствам, изъясняют, что старость лет и раны ваши не оставляют вам сил, потребных к отправлению тягости звания кошевого атамана. Они просят избрания нового”. Решать приходилсь самому З. Чепиге, а он решил сохранить атаманское звание за собой.

Бедным назвать атамана З.Чепигу назвать нельзя, он владел землей, селением с крепостными, хуторами, табунами лошадей, который очень любил. И все же его имение было намного скромнее имения войскового судьи А.Головатого, у которого кроме селения Веселого в Новомосковском уезде, имелись в Черномории хутора, мельницы, сады, коровы, овцы, одних свиней было 85 голов. Не был Захарий Чепига таким заботливым и рачительным хозяином, как Антон Головатый, да и не стремился он к накоплению богатства. И тем не менее именно ему обязаны были черноморцы как переселению на Кубань, так и закладке г.Екатеринодара. Кошевой З. Чепига высказал идею переселения черноморцев в свободные кубанские степи, а позже отыскал в Карасунском куте “место под войсковой град”. Воплощать же его замыслы в большей мере приходилось войсковому судье Антону Головатому.

1 марта 1790 г. Г. Потемкин известил Черноморское войско о том, что он просил у Екатерины II земли для войска между Бугом и Днестром, а 19 апреля объявил, что войску дополнительно будут предоставлены Кинбурнская сторона, Еникальский округ и Тамань. Потемкин дарил войску также принадлежавшие ему рыбные ловли на Таманском полуострове. 30 ноября 1791 г. в письме генералу В.С.Попову З.Чепига жаловался, что “войску черноморскому в рассуждении многолюдства между рек Буга и Днестра на земле поместиться неможно”. Зимой 1791г. З.Чепига вызвал к себе А. Головатого, с которым они и отправились в Яссы к Г.Потемкину просить выделить войску свободные земли. Неизвестно как бы завершилась эта депутация, если бы не происшествие - одна из черноморских лодок вместе с 25 казаками была захвачена турками. Рассерженный Г. Потемкин отправил казаков ни с чем, пообещав однако рассмотреть вопрос об отводе земли позже. Позже такого случая не представилось, всесильный фаворит и гетьман Черноморских и Екатеринославских казаков умер 5 октября 1792 г. по дороге в Бендеры. А земли под пастьбища многочисленных старшинских стад и табунов на Днестре не хватало. Это обстоятельство, как и стремление черноморцев жить самим, отдельно от помещиков, дабы сохранить свой уклад, в большей степени и повлияли в феврале 1792 г. на решение отправить в Петербург депутацию с прошением о пожаловании войску Кубанского Правобережья.

Место под войсковой град было выбрано кошевым атаманом З.Чепигой. Обстоятельствами тому были, по-видимому, наличие строевого леса, среднее расположение по отношению к цепи кордонов и удобное место для устройства укрепления. Точно также как и в последней Запорожской Сечи выступавший к югу кут с северо-востока прикрывал подобно реке Подпильной Карасун. Было и возвышенное место, с которого хорошо просматривалась пойма Кубани, и где по всем запорожским фортификационным правилам можно было создать укрепление. З. Чепига казалось пытался отстроить на Кубани заново прежнюю Сечь, но ”Порядок общей пользы”, в разработке которого он принял деятельное участие, положил конец запорожским вольностям.

З.А. Чепига при всей своей суровости и строгости во время военных походов, по сути был доброй души человеком, сочувствующим сироме. К нему не раз прибегали за помощью и поддержкой казаки-сиромахи. И редко кому он отказывал в помощи и защите.

Умер кошевой атаман Захариий Чепига 14 января 1797 г. после непродолжительной болезни в своей довольно просторной хате. А 16 января с подобающим генералу и атаману почестями: выносом всех регалий, чтением евангелия, пушечным и ружейным салютом его погребли в строящемся войсковом соборе. Прошли годы и около ста лет спустя его утерянную было могилу случайно нашли при расчистке пола разобранного Воскресенского собора. Установить его останки удалось лишь по генеральскому мундиру. Поразительно, что не нашлось в войске средств и радетеля, чтобы над его прахом установить хотя бы каменную плиту с подобающей надписью. И только генерал В.С. Вареник, отыскавший его прах, перезахоронил вместе с останками атамана Т.Т. Котляревского и Р. Порохни под трапезной строящейся церкви Св. Воскресения и установил бронзовую доску. А еще полвека спустя новые варвары, уничтожили и этот храм, сравняв могилы мемориального кладбища в бывшей Екатеринодарской крепости с землей.

Странно и удивительно устроена наша историческая память. В честь людей, которые никогда не были в нашем городе, ничего не сделали для него, названы улицы, в память о тех, кто глумился над казачьей историей и славой, стоят бюсты и барельефы, а о том, кто основал этот город, практически ничто не напоминает сегодня.

Напрасно наш современник будет искать на карте города Краснодара-Екатеринодара имя его основателя - кошевого атамана Захария Алексеевича Чепиги.

Н.А. Тернавский (Краснодар)

Захарий Алексеевич Чепега (Кулиш)

Генерал-майор. Кошевой атаман Черноморского казачьего войска. Герой штурма крепости Измаил

Одним из первых предводителей предков кубанских казаков был кошевой атаман Черноморского казачьего войска генерал-майор Захарий Алексеевич Чепега. Он происходил из дворян Черниговской губернии, из рода Кулишей. В молодости став запорожским казаком, получил прозвище Чепега, которое и стало его новой фамилией.

В Сечи он быстро выдвинулся и ко времени ликвидации императрицей Екатериной II Запорожской Сечи в 1775 году занимал должность казачьего полковника Протовчанской паланки. Падение Сечи как средоточия казачьей вольницы на его биографии не отразилось.

Когда светлейший князь Г. А. Потёмкин-Таврический стал набирать Войско верных казаков из бывших запорожцев, одним из первых откликнулся на призыв Захарий Чепега, имевший к тому времени чин армейского капитана. В 1787 году он вместе с другими старшинами набрал волонтёрскую (добровольческую) команду, которая в следующем году была развёрнута в Черноморское казачье войско под предводительством кошевого атамана Сидора Игнатьевича Белого.

Захарий Чепега в начавшейся войне 1787–1791 годов первоначально командовал конными полками казаков-черноморцев. Пешая часть войска тогда составляла команды гребной флотилии и десанта на ней, действовавших в Днепровско-Бугском лимане, а затем вдоль северных берегов Чёрного моря и на дунайских водах.

В том же 1788 году Сидор Белый получил смертельное ранение в морском бою под турецкой крепостью Очаков. Кошевым атаманом Черноморского казачьего войска был избран Захарий Алексеевич Чепега. Главнокомандующий русской армией генерал-фельдмаршал Г. А. Потёмкин утвердил избрание и наградил Чепегу за ратные труды - нынешние и будущие - драгоценной саблей.

Чепега, получивший чин бригадира, предводительствуя черноморскими казаками, не раз отличался в ходе Русско-турецкой войны 1787–1791 годов. В ходе её бывшие запорожцы вместе с другими казачьими частями действовали в авангарде русской армии, высаживали десанты, а их гребная флотилия с боями продвигалась на запад вдоль берегов Тавриды и Бессарабии. Казаки Чепеги особенно отличались в десантных операциях.

18 июня 1789 года он во главе тысячного отряда казачьей конницы по приказу генерала М. И. Голенишева-Кутузова проводил рекогносцировку крепости Бендеры. Вблизи неё состоялся жестокий пятичасовой бой с турками, в котором кошевой атаман получил пулевое ранение навылет в правое плечо. Черноморцы вместе с подоспевшими на помощь донскими и екатеринославскими казаками наголову разбили турок, которые имели заметное численное превосходство.

11 декабря 1790 года Захарий Чепега участвовал в штурме Измаила, сильнейшей крепости на границах Оттоманской империи, командуя одной из штурмовых колонн генерал-майора Арсеньева, которые десантировались в саму крепость на гребных судах русской военной флотилии через Дунай с противолежащего острова Чатал.

В том броске через реку казаки первым делом захватили крепостные береговые батареи и только потом завязали рукопашный бой в городской черте Измаила. Но, пожалуй, самым трудным для них в ходе штурма делом стало отражение вражеской контратаки, когда толпа в несколько тысяч воинов крымского хана попыталась сбросить десант с прибрежных круч в Дунай.

Всего в «открытой атаке» Измаильской крепости участвовало четыре тысячи черноморских казаков. Штурмовая колонна Захария Чепеги состояла из Алексопольского пехотного полка, двухсот гренадер Днепровского Приморского полка и тысячи казаков-черноморцев. Десант перевозился с острова Чатал в черту города-крепости преимущественно на казачьих лодках-дубах. Ночь перед приступом кошевой атаман не спал, проводя со своими людьми «душевные беседы».

Генерал-аншеф А. В. Суворов-Рымникский высоко оценил мужество кошевого атамана и геройство его казаков-черноморцев. Высоко отзывался о достоинствах Чепеги как казачьего военачальника и всесильный фаворит Екатерины II светлейший князь Г. А. Потёмкин-Таврический. Получил герой Измаильского штурма в награду Военный орден Святого великомученика и победоносца Георгия 3-й степени. В высочайшем рескрипте говорилось:

«Во уважение на усердную службу и отличную храбрость, оказанную при взятии приступом города и крепости Измаила с истреблением бывшей там турецкой армии, командуя колонною».

4 июня 1791 года Чепега отличился в сражении при Бабодаге, составляя со своими казаками-черноморцами авангард кутузовских войск. На следующий день он овладел этим городом-крепостью, захватив в качестве военных трофеев восемь медных пушек и походный лагерь турецкой армии с её обозом.

После захвата городских окрестностей армейские провиантские запасы были пополнены значительным количеством хлеба из запасов султанской армии, собранных у Бабодага. Турки при бегстве не успели их уничтожить, оставив легкоконному противнику в качестве военных трофеев свои многочисленные склады провианта.

Бабодагская виктория далась казакам-черноморцам с большим трудом, поскольку под городом в походных лагерях стояло до пятнадцати тысяч турецких войск и до 8 тысяч крымской татарской конницы.

За доблесть, проявленную в русско-турецкой войне, Захарий Алексеевич Чепега удостоился чина бригадира, золотой сабли, украшенной алмазами (дар императрицы) и многих боевых орденских наград: Святого великомученика и победоносца Георгия IV и III степеней, Святого Владимира 3-й степени и золотого Измаильского креста, носимого на Георгиевской ленте.

В 1792 году по высочайшему повелению императрицы Екатерины II Великой бригадир З. А. Чепега руководил переселением Черноморского казачьего войска с берегов Днестра на Кубань. Переселение шло в два этапа. Сперва переселились строевые казаки. Перезимовав на новом месте, они в следующем году встретили свои семьи.

Чепега многое сделал для обустройства на новом месте казачьих станиц, начала землепашества, по организации обороны Кавказской пограничной укреплённой линии против набеговых действий «закубанских народов» Черкесии. То есть Захарий Алексеевич показал себя талантливым администратором: ведь обживать приходилось пустынный степной край. Обживать и одновременно нести службу пограничной стражи.

Во время восстания в Польше в 1794 году бригадир Захарий Чепега, командовавший двумя конными полками черноморских казаков, участвовал в подавлении «возмущения». Он отличился ещё раз под знамёнами полководца А. В. Суворова-Рымникского в штурме Праги - укреплённого пригорода Варшавы. Наградой ему за польские дела стали чин генерал-майора, орден Святого Владимира 2-й степени и золотой Польский крест.

Последние годы жизни Чепега занимался внутренним устройством войска на Кубани. Из жизни 70-летний генерал-майор и георгиевский кавалер Захарий Алексеевич Чепега ушёл в 1797 году в городе Екатеринодаре. Он был похоронен с воинскими почестями у стен походной Свято-Троицкой церкви в Екатеринодарской крепости. В 1802 году на её месте был построен Воскресенский собор.

…Чтобы увековечить память одного из основателей Кубанского казачества, по указу императора Николая II Александровича от 26 августа 1904 года первоочередной 1-й Екатеринодарский казачий полк войска получил наименование 1-й Екатеринодарский кошевого атамана Чепеги полк Кубанского казачьего войска.

Полк имел славную боевую биографию, отличившись при штурме турецкой крепости Анапа в 1828 году, при покорении Западного Кавказа в 1864 году, на полях Маньчжурии в 1905 году и в ходе Первой мировой войны. Екатеринодарцы гордились именем вечного полкового шефа, который был одним из тех, кто привёл Черноморское казачье войско на берега Кубани.

В 1909 году, отдавая дань памяти отважному кошевому атаману, казачий хутор Величковский был переименован в станицу Чепигинскую.

Фридрих Тренк (1726–1794) Знаменитый прусский авантюрист. По происхождению дворянин. В восемнадцать лет получил звание королевского адъютанта. По ложному доносу был обвинен в измене отечеству и заключен в крепость. Через два года бежал в Россию, затем Австрию. В Пруссии был